- к 130 летию со дня рождения

(1896-1986)

- русский писатель, публицист и редактор, журналист, корреспондент, издатель, историк, критик, мемуарист, общественный деятель, эмигрант. Участник Гражданской войны в составе Белого движения.

Судьба Романа Борисовича Гуля сама по себе — сюжет для книги: юрист-студент, прапорщик, участник Ледяного похода, узник концлагеря, парижский эмигрант, главный редактор «Нового журнала» в Нью-Йорке. И книги, представленные в фонде, читаются как главы этой биографии — в них он свидетель, исследователь и критик одновременно.

Начало пути — Гражданская война, которую Гуль прошёл не сторонним наблюдателем, а прямым участником. В автобиографической книге «Ледяной поход (с Корниловым)» (1921) он описал то, что пережил сам: легендарный поход генерала Корнилова, положивший начало Вооружённым силам Юга России — главной военной силы Белого движения на юге страны. Гуль вступил в партизанский отряд полковника Симановского, который затем влился в Корниловский ударный полк Добровольческой армии, участвовал в этом походе и был ранен. Поэтому его книга — не исторический очерк, написанный со стороны, а личное свидетельство очевидца и участника: свидетельство человека, который сам шёл по льду и видел, как гибнут его товарищи.

Продолжением становится «Жизнь на фукса» (1927) — зарисовки-воспоминания о судьбах русской эмиграции, той среды, в которой Гуль оказался после 1919 года. Эта книга — уже не о фронте, а о жизни «на чужбине»: о том, как люди, потерявшие родину, пытались устроиться, выжить и сохранить себя в Германии, Франции, США. По сути, это портрет целого поколения, выброшенного революцией за пределы страны и вынужденного заново строить жизнь.

В советской печати творчество Гуля оценивалось исключительно как «чуждая идеология»: он писал о том, о чём официальная история предпочитала молчать, — о Белом движении, об эмиграции, о трагедии расколотой России. Его книги долго оставались неизвестными на родине — и только теперь доходят до отечественного читателя.

Именно этот взгляд «со стороны» определил его документальные книги о советских деятелях. «Чекисты» (2025) — историко-документальный портрет Феликса Дзержинского, «карающего меча революции». Гуль не пытается ни обелить своего героя, ни очернить его: он не пишет ни хвалебного слова, ни разоблачительного текста. Вместо этого он строит образ Дзержинского на серьёзном анализе источников, документов и свидетельств очевидцев — причём с обеих сторон. Здесь голоса врагов Дзержинского соседствуют с голосами его друзей, и именно это столкновение мнений позволяет увидеть фигуру основателя ВЧК объёмно, без хрестоматийного глянца.

Книга ценна прежде всего тем, что предлагает версии известных событий и факты, расходящиеся с официальной доктриной. Это взгляд человека, чья позиция всегда оставалась «неофициальной», — русского эмигранта, писателя и публициста, современника описываемых событий.

«Красные маршалы» (2025) — сборник исторических портретов-очерков о тех, кого революция 1917 года вознесла на вершину военной славы. Ворошилов, Блюхер, Котовский, Тухачевский, Будённый — их имена знали не только в России, но и далеко за её пределами. Гуль пишет о них не как о бронзовых памятниках, а как о живых людях с их взлётами, противоречиями и трагическими судьбами, и этот взгляд участника Белого движения делает привычные образы непривычно объёмными.

«Котовский: анархист-маршал» (2017) — отдельный, более пристальный рассказ об одном из героев этой галереи. История Григория Котовского впечатляет сама по себе: человек, начинавший как уголовный преступник, сумел сделать головокружительную карьеру и дойти до «члена трёх ЦИКов», став легендой Гражданской войны. Гуль прослеживает эту короткую, но яркую и неординарную жизнь шаг за шагом — от первых преступлений до маршальского чина, которым его наградила революция.

«Исторические портреты» (2017; под редакцией Л. М. Сурис) расширяют этот ряд до широкой галереи военных и государственных деятелей Советского государства первой половины XX столетия. Здесь собраны очерки-исследования о тех, кто вершил историю страны, — и одновременно книга даёт читателю непредвзятый взгляд «со стороны» на события, происходившие тогда в России. Особое место в сборнике занимают воспоминания Гуля о Марине Цветаевой.

Они вносят в эту книгу личную ноту: за официальными портретами государственных деятелей проступают живые человеческие судьбы. Этот фрагмент напоминает, что автор был не только исследователем эпохи, но и её непосредственным свидетелем.

Вершина этого направления — сборник «Генрих Ягода: большой террор, этап первый» (2015), где под одной обложкой собраны работы Гуля, Б. Г. Бажанова, В. Г. Кривицкого и А. М. Орлова. Перед читателем разворачивается психологический портрет одного из главных исполнителей сталинских чисток — человека, прошедшего путь от неудачника-фармацевта до наркома внутренних дел и первого в истории «генерального комиссара государственной безопасности». Авторы отвечают на вопросы о том, что привело его к власти, что им двигало и какие люди его окружали.

Отдельная линия в творчестве Гуля — книги о революционерах и провокаторах, людях, чьи судьбы оказались тесно переплетены с историей русского революционного движения.

«Азеф» (2025) приоткрывает завесу над одной из самых тёмных и загадочных фигур той эпохи — Евно Азефе, чьё имя стало нарицательным для доносчика. Он был одним из самых крупных и известнейших провокаторов не только России, но и Западной Европы: агент полиции, возглавлявший при этом боевую организацию эсеров, он годами вёл двойную игру, отправляя на смерть одних и получая награды от других. Гуль шаг за шагом распутывает этот клубок, показывая, как человек, облечённый доверием товарищей, оказался способен на предательство, которому трудно найти оправдание.

«Скиф в Европе» (2025) — переработанный вариант двухтомного романа «Скиф», изданного в Берлине в 1931 году. Книга посвящена Михаилу Александровичу Бакунину — русскому мыслителю, революционеру, идеологу народничества и одной из самых влиятельных фигур анархизма. Его судьба сама по себе похожа на приключенческий роман: он поднимал поляков против Александра II, плавал с вооружённой экспедицией к берегам Балтики, возглавлял «Альянс» — мировое тайное общество заговорщиков, поднимал восстание в Лионе, увлекая за собой французов. Гуль прослеживает эту сложную и драматическую биографию на страницах книги, показывая Бакунина не только как идеолога, но и как живого человека с его страстями, ошибками и разочарованиями.

Наконец, две книги раскрывают Гуля как литератора и редактора — ту роль, которую он играл в последние десятилетия жизни.

«Одвуконь: советская и эмигрантская литература» (2019) — собрание его статей и заметок о писателях двух лагерей, на которые после Октября раскололась русская словесность; само название автор объясняет через Даля: «ехать одвуконь — верхом, с подручной или запасной лошадью».

«Тройственный союз. Переписка 1953-1958 годов» (2010) вводит в научный оборот переписку Георгия Иванова и Ирины Одоевцевой с Гулем — тогда одним из руководителей нью-йоркского «Нового журнала». Эта переписка — ценнейший документ времени, в котором звучат голоса Бунина, Алексея Толстого, Гиппиус, Мережковского, Мандельштама, Цветаевой, Адамовича, Набокова и многих других.

Так книги из Библитечно-информационного фонда замыкают круг его биографии. От ледяных походов Гражданской — к портретам тех, кто эту войну выиграл; от красных маршалов — к переписке поэтов и критиков. В каждой из этих книг Гуль остаётся верен себе: он смотрит на историю не с официальной трибуны, а изнутри, глазами свидетеля и участника. И это «неофициальное» зрение он пронёс через всю жизнь — от фронта до редакторского стола в Нью-Йорке.

В выставке использовались: литература и электронные ресурсы (по подписке) из фонда Библиотечно-информационного комплекса Финансового университета при Правительстве РФ; картинка создана ИИ; PNG-клипарты с сайта: Hiclipart - Сообщество дизайнеров.